Обзор судебной практики по делам об административных правонарушениях, предусмотренных статьей 5.26 "Нарушение законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях" Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.06.2019)http: //www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_328009/ (для ознакомления студентам) Утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 июня 2019 г. ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ДЕЛАМ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ, ПРЕДУСМОТРЕННЫХ СТАТЬЕЙ 5.26 "НАРУШЕНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О СВОБОДЕ СОВЕСТИ, СВОБОДЕ ВЕРОИСПОВЕДАНИЯ И О РЕЛИГИОЗНЫХ ОБЪЕДИНЕНИЯХ" КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ В соответствии с Конституцией Российской Федерации каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними (ст. 28). Право на свободу совести и религии признается международно-правовыми актами, являющимися составной частью правовой системы Российской Федерации (ст. 18 Международного пакта о гражданских и политических правах, ст. 9 Конвенции о защите прав человека и основных свобод). Религиозная свобода, являясь одной из важнейших форм духовно-нравственного самоопределения личности и внутренним делом каждого, не может ограничиваться исключительно пространством личной (частной) жизни и получает свою реализацию во внешней сфере, в том числе в массовых коллективных формах <1>. Поэтому свобода совести и вероисповедания неразрывно связана с другими правами и свободами, закрепленными Конституцией Российской Федерации, прежде всего с правом каждого на объединение (статья 30). -------------------------------- <1> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 5 декабря 2012 г. N 30-П "По делу о проверке конституционности положений пункта 5 статьи 16 Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях" и пункта 5 статьи 19 Закона Республики Татарстан "О свободе совести и о религиозных объединениях" в связи с жалобой Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации". Правоотношения в области прав человека и гражданина на свободу совести и свободу вероисповедания регулируются Федеральным законом от 26 сентября 1997 г. N 125-ФЗ "О свободе совести и о религиозных объединениях". Право человека и гражданина на свободу совести и свободу вероисповедания может быть ограничено федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов человека и гражданина, обеспечения обороны страны и безопасности государства (п. 2 ст. 3 Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях"). Как неоднократно указывал в своих решениях Конституционный Суд РФ, государство вправе предусматривать определенные преграды, в том числе вводить посредством антиэкстремистского законодательства определенные ограничения свободы совести и вероисповедания, свободы слова и права на распространение информации с тем, чтобы не допускать легализацию сект, нарушающих права человека и совершающих незаконные и преступные деяния, а также воспрепятствовать миссионерской деятельности (в том числе с проблемой прозелитизма), если она не совместима с уважением к свободе мысли, совести и религии других и к иным конституционным правам и свободам <2>. -------------------------------- <2> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 23 ноября 1999 г. N 16-П "По делу о проверке конституционности абзацев 3 и 4 пункта 3 статьи 27 Федерального закона от 26 сентября 1997 года "О свободе совести и о религиозных объединениях" в связи с жалобами Религиозного общества Свидетелей Иеговы в городе Ярославле и религиозного объединения "Христианская церковь Прославления", Определение Конституционного Суда РФ от 2 июля 2013 г. N 1053-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Кочемарова Владислава Сергеевича на нарушение его конституционных прав положениями пунктов 1 и 3 статьи 1 и части 3 статьи 13 Федерального закона "О противодействии экстремистской деятельности". В рамках выполнения п. 5 перечня поручений Президента Российской Федерации от 20 февраля 2019 г. N Пр-233 по итогам заседания Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека Верховным Судом РФ изучена судебная практика по делам об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 5.26 КоАП РФ, за период с 2016 по 2018 год. В соответствии с ч. 1 ст. 23.1 КоАП РФ рассмотрение дел об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 5.26 данного Кодекса, отнесено к исключительной компетенции судей. При этом дела, возбужденные по чч. 1 - 4 названной статьи, подлежат рассмотрению мировыми судьями, по ч. 5 той же статьи - судьями районного суда в связи с наличием в санкции указанной части дополнительного наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации (абз. 2 ч. 3 ст. 23.1 КоАП РФ). Из изученных в ходе обобщения 550 судебных актов следует, что при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 5.26 КоАП РФ, судьи руководствуются Конституцией Российской Федерации, Федеральным законом "О свободе совести и о религиозных объединениях", Кодексом РФ об административных правонарушениях, а также учитывают правовые позиции Конституционного Суда РФ и Европейского Суда по правам человека. При этом в большинстве случаев судьи привлекают к участию в производстве по делу специалистов, обладающих специальными познаниями в сфере религиозных отношений, для исследования изображений, текстов и иных материалов. Проведенное обобщение позволило выделить следующие основные вопросы применения положений ст. 5.26 КоАП РФ. 1. Объективная сторона состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 5.26 КоАП РФ, заключается в действиях (бездействии) по воспрепятствованию осуществлению права на свободу совести и свободу вероисповедания, в том числе принятию религиозных или иных убеждений или отказу от них, а также вступлению в религиозное объединение или выходу из него. При этом миссионерская деятельность, направленная на распространение информации о вероучении религиозного объединения среди лиц, не являющихся участниками данного религиозного объединения, в целях вовлечения указанных лиц в состав его участников (членов, последователей), осуществляемая с нарушением требований законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях, не охватывается указанным выше составом административного правонарушения, однако в зависимости от субъекта административного правонарушения может быть квалифицирована по чч. 4 или 5 названной статьи КоАП РФ. В отношении гражданки Н. было возбуждено дело об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 5.26 КоАП РФ. Поводом к возбуждению дела явилось обращение жителей села к участковому уполномоченному полиции с жалобой на то, что в этом населенном пункте гражданка Н. распространяла среди жителей листовки религиозного характера и рассказывала о вероисповедании религиозной организации, последователем которой она являлась. Рассматривая указанное дело, мировой судья пришел к выводу о том, что действия Н. не были направлены на воспрепятствование осуществлению права других лиц на свободу совести и свободу вероисповедания, в связи с чем прекратил производство по делу об административном правонарушении ввиду отсутствия состава административного правонарушения (п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ) и невозможности переквалификации действий Н. на иную часть указанной статьи КоАП РФ из-за недопустимости ухудшения положения лица. Данное постановление мирового судьи не обжаловано и вступило в законную силу. 2. При рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных ч. 2 ст. 5.26 КоАП РФ, подлежит установлению умысел лица на публичное осквернение религиозной или богослужебной литературы, предметов религиозного почитания, знаков или эмблем мировоззренческой символики и атрибутики. С. на своей персональной интернет-странице в социальной сети, доступной для просмотра неопределенным кругом лиц, разместил изображения видоизмененных предметов религиозного почитания, а также знаков и эмблем мировоззренческой символики и атрибутики, в числе которых, в частности, провокационное изображение образа Иисуса Христа, грубо нарушающее религиозные чувства верующих. В ходе судебного рассмотрения дела об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 5.26 КоАП РФ, мировой судья в числе доказательств по делу исследовал письменные пояснения священника Русской Православной Церкви, в которых отмечалось, что данные изображения являются прямым осквернением святыни и унижением чувств верующих христиан. Согласно пояснениям С., размещая указанные образы на своей интернет-странице в социальной сети, он осознавал, что они привлекают к себе внимание окружающих и направлены на осквернение святыни, религиозных символов и атрибутов. На основании представленных по делу доказательств мировым судьей вынесено постановление о признании С. виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 5.26 КоАП РФ, с назначением ему административного наказания в виде административного штрафа в размере 30 000 тысяч руб. Данное постановление не обжаловано и вступило в законную силу. 3. Субъектом административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 5.26 КоАП РФ, наряду с физическим лицом может являться должностное лицо. В ходе рассмотрения дела об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 5.26 КоАП РФ, в отношении должностного лица - генерального директора общества с ограниченной ответственностью (далее - общество) мировым судьей установлено следующее: в помещении бара, принадлежащего обществу, были размещены две статуи Будды, а для гостей предлагались к употреблению алкогольные напитки с названиями "Будда", "Будда 2". Согласно пояснениям кандидата социологических наук, заведующего учебной частью духовной семинарии, преподавателя курса "История религий", привлеченного к участию в деле в качестве специалиста, размещенные в баре статуи являются статуями Будды Шакьямуни - почитаемыми символами в тибетском буддизме, исповедуемом на территории России бурятами, калмыками и тувинцами, и используемыми в культовой деятельности как объекты поклонения; такие статуи могут находиться только в храмах, несут большую духовную и религиозную ценность и являются объектами поклонения у буддистов России и всего мира; использование в наименовании алкогольных напитков религиозных символов, а также нахождение указанных статуй в питейных и развлекательных заведениях недопустимо с точки зрения людей, исповедующих религию буддизм, и оскорбляет их чувства. Из объяснений генерального директора следовало, что он осознавал, что Будда является символом буддизма, а потому использование в названиях алкогольных напитков его имени и размещение его статуй в баре может расцениваться как осквернение святыни, но относился к этому безразлично; вину в совершении административного правонарушения признал и обещал устранить нарушения. С учетом изложенного мировой судья пришел к выводу о наличии в действиях генерального директора состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 5.26 КоАП РФ. В 2016 году Федеральный закон "О свободе совести и о религиозных объединениях" дополнен главой III.1 "Миссионерская деятельность", регулирующей вопросы осуществления миссионерской деятельности в Российской Федерации <1>. -------------------------------- <1> См.: Федеральный закон от 6 июля 2016 г. N 374-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О противодействии терроризму" и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части установления дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности". Под миссионерской деятельностью религиозного объединения применительно к отношениям, регулируемым положениями Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях", понимается деятельность, которая, во-первых, осуществляется особым кругом лиц (религиозное объединение, его участники, иные граждане и юридические лица в установленном порядке), во-вторых, направлена на распространение информации о своем вероучении (его религиозных постулатах) среди лиц, не являющихся участниками (членами, последователями) данного религиозного объединения, в-третьих, имеет целью вовлечение названных лиц в состав участников (членов, последователей) религиозного объединения посредством обращения к их сознанию, воле, чувствам, в том числе путем раскрытия лицом, осуществляющим миссионерскую деятельность, собственных религиозных воззрений и убеждений. Системообразующим признаком миссионерской деятельности является публичное распространение гражданами, их объединениями информации о конкретном религиозном вероучении среди лиц, не являющихся его последователями, которые вовлекаются в их число, в том числе в качестве участников конкретных религиозных объединений (ст. 24.1). При этом публичное распространение информации о конкретном религиозном вероучении, нацеленное на нейтральное информирование окружающих о религиозном объединении, его деятельности, не может расцениваться как миссионерская деятельность. Под понятие миссионерской деятельности не подпадает также размещение в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" ссылок на специализированные интернет-ресурсы религиозных объединений, поскольку такие ссылки не вводят пользователей в заблуждение относительно открываемой с их помощью информации и не препятствуют им в доступе к интересующим их материалам <1>. -------------------------------- <1> См.: Определение Конституционного Суда РФ от 13 марта 2018 г. N 579-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Степанова Сергея Николаевича на нарушение его конституционных прав пунктом 1 статьи 24.1, пунктом 2 статьи 24.2 Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях" и частью 4 статьи 5.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях". Одновременно с положениями о регулировании миссионерской деятельности, внесенными в Федеральный закон "О свободе совести и о религиозных объединениях", были внесены изменения в КоАП РФ, в соответствии с которыми ст. 5.26 названного Кодекса дополнена чч. 3 - 5, устанавливающими ответственность за осуществление миссионерской деятельности с нарушением требований закона. Так, ч. 3 предусмотрена административная ответственность за осуществление религиозной организацией деятельности без указания своего официального полного наименования; ч. 4 - за осуществление миссионерской деятельности с нарушением требований законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях; ч. 5 - за нарушение, предусмотренное ч. 4 этой статьи, совершенное иностранным гражданином или лицом без гражданства. 4. Осуществление религиозной организацией деятельности без указания своего официального полного наименования влечет административную ответственность по ч. 3 ст. 5.26 КоАП РФ. Под религиозным объединением Федеральный закон "О свободе совести и о религиозных объединениях" понимает добровольное объединение граждан Российской Федерации, иных лиц, постоянно и на законных основаниях проживающих на территории Российской Федерации, образованное в целях совместного исповедания и распространения веры и обладающее соответствующими этой цели признаками: вероисповедание; совершение богослужений, других религиозных обрядов и церемоний; обучение религии и религиозное воспитание своих последователей. Религиозные объединения могут создаваться в форме религиозных групп или религиозных организаций (пп. 1 и 2 ст. 6). В соответствии с пп. 1 ст. 8 названного федерального закона религиозной организацией признается добровольное объединение граждан Российской Федерации, иных лиц, постоянно и на законных основаниях проживающих на территории Российской Федерации, образованное в целях совместного исповедания и распространения веры и в установленном порядке зарегистрированное в качестве юридического лица. При осуществлении своей деятельности религиозная организация обязана указывать свое полное наименование, которое должно содержать сведения о ее вероисповедании (п. 8). В ходе рассмотрения дела об административном правонарушении мировым судьей было установлено, что религиозная организация зарегистрирована в реестре юридических лиц и должна осуществлять свою деятельность по конкретному адресу. Вместе с тем на момент проверки по данному адресу отсутствовала какая-либо информация о том, что по указанному адресу находится и осуществляет свою деятельность эта религиозная организация. Указанное обстоятельство подтверждено собранными по делу доказательствами и не отрицалось уполномоченным представителем религиозной организации. Исследовав материалы дела, мировой судья пришел к выводу о том, что религиозная организация осуществляла деятельность без указания своего официального полного наименования, т.е. совершила административное правонарушение, предусмотренное ч. 3 ст. 5.26 КоАП РФ. 5. Частью 3 ст. 5.26 КоАП РФ установлена административная ответственность за выпуск или распространение религиозной организацией в рамках миссионерской деятельности литературы, печатных, аудио- и видеоматериалов без указания своего полного официального наименования или с неполной либо заведомо ложной маркировкой. В соответствии с п. 3 ст. 17 Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях" литература, печатные, аудио- и видеоматериалы, выпускаемые религиозной организацией, а также распространяемые в рамках осуществления от ее имени миссионерской деятельности, должны иметь маркировку с официальным полным наименованием данной религиозной организации. Перечень издательской продукции, аудио- и видеоматериалов религиозного назначения утвержден постановлением Правительства РФ от 31 марта 2001 г. N 251 <2>. -------------------------------- <2> См.: постановление Правительства РФ от 31 марта 2001 г. N 251 "Об утверждении перечня предметов религиозного назначения и религиозной литературы, производимых и реализуемых религиозными организациями (объединениями), организациями, находящимися в собственности религиозных организаций (объединений), и хозяйственными обществами, уставной (складочный) капитал которых состоит полностью из вклада религиозных организаций (объединений), в рамках религиозной деятельности, реализация (передача для собственных нужд) которых освобождается от обложения налогом на добавленную стоимость". В соответствии с данным перечнем к продукции религиозного назначения относятся: богослужебная литература, в том числе Священное Писание, чинопоследования, указания, ноты, служебники, требники, чиновники, канонники, минеи, а также молитвословы, религиозные календари, помянники, святцы; богословские, религиозно-образовательные и религиозно-просветительские книжные издания; официальная бланковая и листовая продукция религиозных организаций, в том числе отдельные молитвы, канонические изображения, изречения, открытки и конверты религиозных организаций, патриаршие и архиерейские послания и адреса, грамоты, приглашения, дипломы духовных учебных заведений, свидетельства о совершении таинств и паломничества; аудио- и видеоматериалы, иллюстрирующие вероучение и соответствующую ему практику, в том числе богослужения, религиозные обряды, церемонии и паломничество; аудио- и видеоматериалы богословского и религиозно-образовательного содержания (кроме анимационных, игровых (художественных) фильмов), содержащие пособия по обучению религии и религиозному воспитанию. Маркировке подлежат литература, печатные, аудио- и видеоматериалы, как имеющие, так и не имеющие религиозного назначения. Понятие "маркировка", используемое в ст. 17 Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях", означает исключительно нанесение в произвольной форме (в печатном, рукописном или ином виде) полного официального наименования данной организации на любые материалы - как выпускаемые ею, так и выпущенные иными организациями, но используемые ею при осуществлении своей миссионерской деятельности. В тех случаях, когда материалы распространяются религиозной организацией в рамках миссионерской деятельности, но созданы (выпущены) иной религиозной организацией, требуется наличие двух маркировок: той религиозной организации, которая непосредственно издала (произвела) материалы, и той, которая приобрела их для использования в своей миссионерской деятельности. Таким образом, маркировке подлежат те материалы, которые выпускаются религиозной организацией, а также те, которые не были ею выпущены, но распространяются в рамках осуществления от ее имени миссионерской деятельности вне мест, специально предназначенных для осуществления религиозной деятельности <1>. -------------------------------- <1> См.: Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 7 декабря 2017 г. N 2793-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы религиозной организации "Религиозная христианская организация "Армия спасения" в городе Владивостоке" на нарушение конституционных прав и свобод пунктом 3 статьи 17 Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях" и частью 3 статьи 5.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях". Основанием для привлечения местной религиозной организации к административной ответственности по ч. 3 ст. 5.26 КоАП РФ явилось распространение ею на интернет-сайтах "VK.com", "Youtube.com" литературы и видеоматериалов, не имевших маркировки с официальным полным наименованием данной организации. Изучив обстоятельства дела об административном правонарушении, мировой судья пришел к выводу о том, что местная религиозная организация нарушила положения п. 3 ст. 17 Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях", совершив тем самым административное правонарушение, предусмотренное указанной выше нормой КоАП РФ. 6. Под распространением религиозной литературы и материалов религиозного назначения в рамках миссионерской деятельности следует понимать не только вручение данных материалов конкретным лицам, но и обеспечение свободного доступа к этой литературе и материалам неопределенного круга лиц вне мест, специально предназначенных для осуществления религиозной деятельности. Постановлением мирового судьи религиозная организация привлечена к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 5.26 КоАП РФ. При рассмотрении дела об административном правонарушении мировой судья установил, что в ходе проведенной прокуратурой проверки деятельности религиозной организации в помещении организации, не предназначенном для осуществления религиозной деятельности, была обнаружена литература, не имевшая маркировки с названием данной организации. При этом судебные инстанции отклонили доводы религиозной организации о том, что религиозная литература находилась в принадлежащем ей помещении и на момент проведения проверки ее никто не распространял, отметив, что литература находилась в свободном доступе для всех граждан, посещающих данную религиозную организацию, а не только для ее членов, что может расцениваться как распространение религиозной литературы. 7. К административной ответственности по ч. 3 ст. 5.26 КоАП РФ может быть привлечен только специальный субъект - религиозная организация. Постановлением мирового судьи, оставленным без изменения решением вышестоящего суда, Ш. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 5.26 КоАП РФ, с назначением административного наказания в виде административного штрафа в размере 30 000 руб. с конфискацией литературы. Основанием для признания Ш. виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного указанной нормой, послужили изложенные в протоколе об административном правонарушении доводы о том, что Ш., являясь генеральным директором и пастором местной религиозной организации, допустил распространение в рамках миссионерской деятельности литературы без маркировки, содержащей наименование данной религиозной организации. Судья вышестоящей инстанции не согласился с вынесенными в отношении Ш. решениями по делу об административном правонарушении, указав, что судебные инстанции, рассматривающие данное дело, оставили без надлежащей оценки тот факт, что протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 5.26 КоАП РФ, составлен в отношении Ш., поскольку названное лицо является пастором церкви. В отношении местной религиозной организации протокол об административном правонарушении не составлялся, совершение противоправных действий (бездействие) ей не вменялось. Вместе с тем системное толкование положений ст. 5.26 КоАП РФ позволяет прийти к выводу, что к административной ответственности по ч. 3 указанной статьи КоАП РФ подлежит привлечению только специальный субъект, которым является религиозная организация. С учетом изложенного вынесенные в отношении Ш. судебные постановления по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 5.26 КоАП РФ, были отменены, производство по данному делу прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения (п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ). 8. Объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 5.26 КоАП РФ, образует деятельность граждан и юридических лиц, отвечающая признакам миссионерской деятельности и осуществляемая ими с нарушением требований, содержащихся в законодательстве о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях. Миссионерская деятельность может осуществляться как беспрепятственно в культовых помещениях и иных местах, указанных в п. 2 ст. 24.1 Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях", так и с соблюдением ряда требований ст. 24.2 названного Федерального закона за пределами указанных мест. Анализ поступивших на изучение судебных актов позволяет выделить наиболее часто встречающиеся нарушения требований законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях, послужившие основаниями для привлечения к административной ответственности по ч. 4, 5 ст. 5.26 КоАП РФ и вызывающие определенную сложность в правоприменительной практике: 1. Нарушения, связанные с местом осуществления миссионерской деятельности 2. Отсутствие у лица, осуществляющего миссионерскую деятельность, полномочий на осуществление указанной деятельности 3. Осуществление миссионерской деятельности иностранными гражданами в отсутствие у них соответствующих полномочий на ее проведение